О чрезвычайных ситуациях в Кроноцком и Корякском заповедниках, Южно-Камчатском заказнике им. Т. И. Шпиленка просьба сообщать по телефону оперативного дежурного ФГБУ «Кроноцкий государственный заповедник»: +7-924-891-52-36.  

Если вы почувствовали землетрясение, сообщите об этом в Камчатский филиал геофизической службы РАН www.emsd.ru/lsopool/poll.php 

Конкурсы и акции Кроноцкого заповедника
 

Главная / Новости / Владимир Филь: «Олени в Кроноцком заповеднике — последние на Камчатке»

Новости

12 мая — 2010

Владимир Филь: «Олени в Кроноцком заповеднике — последние на Камчатке»

Сотрудники Кроноцкого заповедника встретились с В.И. Филем. Биолог-охотовед рассказал о своем видении проблемы сокращения численности диких северных оленей на заповедной территории

Кандидат биологических наук, старший научный сотрудник лаборатории экологии высших позвоночных Камчатского филиала Тихоокеанского института географии ДВО РАН Владимир Иосифович Филь более 30 лет занимается изучением копытных на Камчатке. Им написано множество работ о снежных баранах, лосях, диких северных оленях.

Ученый дал интервью сотрудникам отдела экологического просвещения заповедника о проблеме сохранения дикого северного оленя на Камчатке. Так же, как и Владимир Мосолов, заместитель директора по науке ФГУ «Кроноцкий заповедник», он указал на ряд причин сокращения численности этих животных на полуострове: беспредельная охота, развитие домашнего оленеводства, бескормица, ограниченные места зимовок, большая смертность потомства, а также фактор беспокойства животных, связанный с транспортной доступностью территории. Ранее в различных областях Камчатки существовало 4 крупные группировки оленей. В 70-е-90-е годы основное разрушающее воздействие оказало интенсивное развитие домашнего оленеводства, в результате которого дикие олени оказались вытесненными со своих пастбищ. Владимир Филь указывает также на необдуманное использование природных ресурсов как на один из самых трагичных моментов этой ситуации.

На настоящий момент дикие северные олени сохранились на Камчатке только в Кроноцком заповеднике во многом благодаря тому, что выше перечисленные факторы на охраняемой территории были исключены. Но состояние популяции так или иначе было подорвано, так как олень — вид мигрирующий, и на территории заповедника под охраной находится не постоянно. А когда численность популяции достигла критической отметки, то малейшее влияние может стать «последней каплей».

Например, Владимир Филь считает, что очень важно соотношение количества копытных в стаде и существующих при них хищников. «Нормальное соотношение — это 100 оленей и 1 волк, — говорит ученый. — А еще несколько лет назад при проведении авиаучетов было замечено стадо, состоящее примерно из 400 оленей, и рядом целых 7 волков». В создавшейся ситуации численность оленей сократилась, а количество волков осталось прежним.

В 1981 году в газете «Камчатская правда» Владимир Филь писал о необходимости создать охранную зону Кроноцкого заповедника для расширения площади охраны оленя и мест его зимовок.

Интервью старшего научного сотрудника лаборатории экологии высших позвоночных Камчатского филиала ТИГ ДВО РАН Владимира Филя

Владимир Иосифович, как вы видите проблему снижения численности диких северных оленей? Может быть, это не проблема, а естественный процесс?


Вы знаете, по большому счету две популяции северного оленя на Камчатке исчезли за десять лет. В 90 годы начали охотиться на северо-восточную популяцию диких оленей. На разведку полетели вертолеты, самолеты. Все поехали добывать мясо. В частности, олениной кормили военных. И через 3 года этой группировки оленя не стало.

В заповеднике, наверное, другая ситуация. Тут все-таки олень охраняется. На зимовках их стараются не гонять, не трогать. Но численность все равно сокращается.

Неимоверно важен фактор беспокойства: люди раз пролетят, два, три, напугают оленей — а животные потом с голоду умирают.

Я наблюдал за кроноцко-жупановской популяцией оленя. В начале века мы летали на учеты. Сначала их было 3 тыс. Вполне возможно, что причиной сокращения их численности была ограниченность площади кормовой базы. Кроме того, оказалось, что на той же территории прекрасно себя чувствуют волки. Пролетая над стадом оленей, насчитывавшим около 400 голов, мы увидели целых 7 волков! Нельзя отрицать, однако, что волки играют оздоравливающую роль для популяции копытных: они истребляют больных животных, регулируют их численность. Но нормальное соотношение — это 1 к 100. 100 оленей и 1 волк. Тогда и те, и другие могут существовать. Здесь проблема состоит в том, что в заповеднике волки — так же, как и олени — находятся под охраной! Их нельзя отстреливать.

Группировка оленей вокруг вашего заповедника сократилась также из-за домашнего оленеводства. С 1976 по 1998 год выпасалось от 2,5 до 5 тысяч голов домашних оленей. Стада стояли последние годы на Жупановских Долах. Там их может жить, ну максимум, полторы  — две тысячи. Пригнали туда домашних оленей, они выели все, что можно, потом их погнали дальше.

Сейчас основная в заповеднике задача — не потерять последних оленей на полуострове. Как это сделать? Как избавить оленей от пресса волков? Если честно, не знаю. Если мы потеряем последних оленей, мы их не восстановим никогда.
Олени Камчатки охраняются: охота на них запрещена, они занесены в Красную Книгу. Но браконьерство все равно есть. Я думаю, что случаи отстрела оленей с вертолета должны жестоко караться: организаторов охоты, равно как и пилотов, нужно сажать в тюрьму, а вертолет конфисковывать. Тогда, может быть, браконьерство прекратится.


А что будет, если Камчатка потеряет дикого северного оленя?


А ничего не будет! Не надо будет охранять! И всем будет хорошо… Просто биоразнообразие Камчатки станет беднее на один пункт, мы уменьшаем свою экологическую нишу, лишаем сами себя и своих потомков потенциальных ресурсов, и в конце концов мы, как сказал Геккель, «срубим последнее дерево».


А почему на Аляске стада диких оленей существуют?


А вы знаете, была интересная вещь. На Аляску завезли домашних оленей в конце позапрошлого века. И они не то, что прижились, а численность их достигла гигантских размеров!
А диких северных оленей местные жители там истребляли. Очень хорошо об этом написал Ф. Моуэт в своем произведении «Люди оленьего края».

Ребята, вы как оленей бьете? А мы их бьем кольями, когда они реку переплывают, собираем их, сохраняем и едим всю зиму. Они снова появляются, мы снова их колем. — Ребят, а мы вам дадим патронов, чтоб вам легче было жить, ружья. В следующий раз приехали — все хорошо, олень идет. Но все меньше, меньше они шли. Люди по природе ленивые, не хотят лишнюю энергию тратить. Это все малые народы построены так. Лишнего не возьмет, но не будет тратить много энергии на то, чтобы себе что-то другое произвести. Им дают патроны, дали винтовки. Но сказали так: ребят, вы их стреляйте, а языки нам. Пожалуйста, что нам, оленей жалко? Стреляют. А люди — то считают. Это было небольшое эскимосское племя ихалмютов. Выбили они оленей — потом оленей не стало. Им сказали: ребят — оленей нет, патронов и других продуктов — нет. Мы вас отвезем на озеро, вы будете там рыбу ловить, кушать. Отвезли, а ихалмюты — это мясоеды, как наши эвенки. К рыбе они равнодушны. Попали они не на лососей, а на озерную рыбу: щуку, карпов. Они поели — поели и начали болеть. Говорят, что в этом случае помогает только одно — большое количество жирной пищи. Они собрались и ушли обратно в тундру. А там оленей больше нет! 2–3 таких перекочевки, и народ исчез. Вот кто-то хочет, чтоб и мы так же!

Сейчас истребляют не те, кому есть хочется, а те, кто может взять вертолет и убивать. Волка, оленя — им не важно кого! Главное — дать выйти адреналину. Я даже летал с такими ребятами…
Олени в Кроноцком заповеднике — последние на Камчатке. Поэтому, если мы их не сохраним — мы не сохраним оленей на полуострове. Нужно всем вместе собраться: сотрудникам заповедника, сторонним организациям — и найти решение.


Статья «Спасти дикого оленя» — В. Филь, Камчатская правда, 1981 г.